Перейти к содержанию

Фотографии этого места в каталоге пока нет.

Площадь Шехидов

Площадь Шехидов в Эль-Аюне — одно из тех мест, где история города проступает особенно отчетливо. Она расположена в самом сердце старого квартала, где узкие улочки с белёными домами под черепичными крышами постепенно расширяются, открывая просторный пятачок, вымощенный каменными плитами. Здесь нет шумных толп туристов, как в столичных мединах, но и тишиной это место назвать нельзя: площадь всегда живая, наполненная голосами местных жителей, стуком копыт осликов, тянущих тележки с товарами, и негромким перезвоном колоколов соседней мечети.

Своё название площадь получила в память о тех, кто погиб во время борьбы за независимость Туниса. В середине прошлого века эти земли были частью французского протектората, и Эль-Аюн, хоть и небольшой город, не остался в стороне от событий, потрясавших страну. На самой площади нет монументальных памятников — только скромная стела с именами, да и та выглядит так, будто её установили не ради помпезности, а чтобы просто не забыть. Вокруг неё часто сидят старики, играющие в домино, или торговцы, раскладывающие на расстеленных тканях специи, оливки и сушёные фрукты.

Архитектура площади не поражает воображение грандиозными сооружениями, но именно в этом её прелесть. Дома вокруг построены в традиционном стиле, с глухими стенами и небольшими окнами, защищающими от жары. Фасады некоторых зданий украшены резными деревянными балконами, какие можно встретить по всему Магрибу, а кое-где сохранились старые фонари на кованых кронштейнах, напоминающие о временах, когда электричество здесь было редкостью. В центре площади растёт несколько пальм, дающих тень в полуденный зной, а под ними часто устраивают импровизированные чайные — просто расстилают коврик, ставят самовар и предлагают прохожим стакан горячего мятного чая.

Эль-Аюн не похож на те тунисские города, которые принято считать туристическими жемчужинами. Здесь нет римских развалин, как в Дугге, или роскошных дворцов, как в Хаммамете. Но именно поэтому площадь Шехидов ощущается настоящей, не приукрашенной для гостей. Она не столько достопримечательность, сколько часть повседневной жизни города. Утром сюда приходят женщины с корзинами, чтобы купить свежий хлеб у пекаря, чья лавка работает с незапамятных времён. Днём на площади можно увидеть школьников, спешащих на уроки, или старика, читающего газету на скамейке. А к вечеру, когда жара спадает, сюда стекаются семьи — дети гоняют мяч, взрослые обсуждают новости, а уличные музыканты иногда играют на уде или дарбуке.

Особенно интересно бывать здесь во время местных праздников. Например, в Рамадан площадь преображается: после захода солнца здесь накрывают длинные столы для ифтара, и все соседи собираются вместе, чтобы разговеться. А во время праздника Курбан-байрам сюда приводят жертвенных баранов, и воздух наполняется запахом жареного мяса и специй. Даже если вы не разделяете местных традиций, атмосфера всеобщего единения здесь ощущается очень сильно.

Площадь Шехидов — это не то место, куда приходят ради эффектных фотографий или экскурсионных рассказов. Скорее, это точка, откуда можно начать понимать Эль-Аюн и его жителей. Прогуливаясь по окрестным улочкам, легко наткнуться на мастерскую медника, где до сих пор выковывают посуду вручную, или на маленькую лавку, где продают аргановое масло, привезённое из берберских деревень Атласских гор. А если свернуть в один из переулков, можно выйти к старому фонтану, у которого когда-то останавливались караваны, шедшие через Сахару.

В последние годы город стал меняться: появляются новые здания, асфальтируются дороги, а кое-где даже можно увидеть современные кафе с кондиционерами. Но площадь Шехидов остаётся прежней — такой же неторопливой, немного шумной и очень человечной. Возможно, именно поэтому местные относятся к ней с особой теплотой. Для них это не просто место на карте, а часть их истории, их памяти и их жизни. И если вы окажетесь в Эль-Аюне, стоит прийти сюда не как турист, а как гость, готовый просто посидеть на скамейке, послушать разговоры и почувствовать ритм этого неброского, но такого живого города.